A+ A A-

«Восславим женщину-Мать, чья любовь не знает преград» (М. Горький)

Итоговое сочинение о материнской доброте.

Материнское сердце ... Сколько счастливых и горьких минут пришлось тебе пережить! Первый крик новорождённого, первое слово «мама», пер­вые шаги, первые радости и неудачи.

Ты такое маленькое, но сильное, ранимое, но тер­пеливое и понимающее ...

О судьбе матери, о её любящем сердце расска­зывается в повести В. Токаревой «Я есть. Ты есть. Он есть». Уже давно закрыта последняя страница, а я снова и снова вспоминаю эту историю. Сюжет произведения прост. Семья — мать и взрослый не­женатый сын двадцати семи лет. Весь смысл жиз­ни в нём (муж умер — другой семьи не получилось). Когда Олег был маленький, «боялась, что выпадет из окна ... В армию пошёл — боялась, что дедовщи­на покалечит. Теперь вырос — и всё равно».

И вот в жизнь сына, её единственной радости и взрослой «игрушки», вошла Ирочка, красавица блондинка, студентка университета. Её появление было неожиданным, стремительным и, по мнению матери, наглым: шёл третий час ночи, когда Олег привёл свою подругу.

И только вечером следующего дня Анна узнала, что Ирочка, оставшаяся у них на ночь, не просто « девочка с улицы », а законная жена и что они вер­нулись вчера так поздно и изрядно пьяные, пото­му что у них была свадьба. Событие знаменатель­ное!.. Но кто дал право сыну нанести такой страш­ной силы удар по материнскому сердцу? Отчего такое бездушие? Не правда ли, драматическая ситуация? Как же поведут себя в этой обстановке мать, сын и незваная невестка? Что победит? Си­юминутный взрыв эмоций возмущённой женщи­ны или любящее, а значит, и понимающее сердце матери?

Анна первая сделала шаг навстречу. Потекла совместная жизнь. Правда, «по вечерам дом пре­вращался в караван-сарай. Гостиницу со скотом. Приходил курс Ирочки и ординаторская Олега... Сидели на всём, на чём можно было сидеть, в том числе и на полу... ели, курили, балдели».

Анна бы с удовольствием посидела с молодё­жью, послушала, о чём говорят, но она в свои со­рок семь лет оказалась им неинтересна как участ­ница их «сходок» и бесед (вечная проблема отцов и детей).

К сожалению, мать нужна была сыну и невест­ке только лишь как поставщица продуктов и убор­щица. Дома всё Анна молча терпела и делала: Ирочка ведь учится, а Олег делает каждый день по две операции. Не стоять же ему в очереди ещё за сосисками! Поражаешься её выдержке и пони­манию! И только при встречах с подругами она могла быть откровенной и рассказать о наболев­шем. Было очень обидно, что её не приняли в но­вую семью. Что пришлось оказаться «на краю чу­жого гнезда». Но подруги советовали: «Отстань от них. Живи своей жизнью». Анна попыталась: созвонилась со своим старым знакомым, но эта встреча не принесла ей облегчения. «Вершинин похорошел. Однако раньше он был лучше. Он был ее, как Олег. А теперь Олег у Ирочки, Вершинин у бизнеса. А что же её? Её остался только француз­ский язык. И тогда Анна задумалась: «А в самом деле... Должен же Олег когда-то жениться. Почему не Ирочка? Поживут — разведутся, сын достанет­ся мне, а уживутся — дай бог счастья». Конечно, мысли не из лучших! Но Анну можно понять. Она всю себя посвятила сыну: вырастила его, дала обра­зование, а «теперь её можно задвинуть под диван, как пыльный тапок». Раньше семейной традицией было «отмечаться» во времени и в пространстве, открывать по вечерам друг другу дверь и встречать у порога. А сейчас всем этим «завладела» невест­ка. Старые устои дома рушились. По ночам Анну мучил один вопрос: за что?

Не случайно В. Токарева вынесла на суд читате­лей эту семейную драму. Кто научил молодёжь от­рекаться от родителей, затаптывать корни, нару­шать заповедь: почитай отца и мать своих? Ответа нет. Главная беда нашего времени в том, что пре­даны забвению вековые традиции, утрачены нрав­ственные ориентиры. Сыновний эгоизм иногда переходит в безразличие, а затем и в предатель­ство. Не зря говорят, что стареть надо на Востоке: там уважают возраст. Но не виновата ли и Анна в том, что сын отгородился от неё, вырвавшись на­конец-то из-под чрезмерной опеки матери?.. «Вы ведь любите его для себя. Чтобы вам было хоро­шо, а не ему», — бросает горький упрёк невестка.

И она, наверное, тоже права. Ведь Олег знал свою мать, чувствовал её материнский эгоизм, потому ничего и не рассказал об Ирине раньше, не преду­предил о свадьбе, даже деньги на ресторан занял у друга, проявив юношеский максимализм.

Анна смирилась и попыталась узнать: «из ка­ких корней» Ирочка? А невестка, не желая раск­рыть перед свекровью душу и установить друже­ский мост, собрала вещи и ушла. Олег последовал за ней. Итак, в течение нескольких минут разру­блена конструкция «мать — сын».

Кто же всё-таки виноват, а кто прав?.. Всё, на­верное, просто: родители не могут так быстро рас­статься со своим эгоизмом и не хотят делиться душевным теплом с другими, а детям, ещё не спо­собным на житейскую мудрость, не хватает терпе­ния, выдержки и такта. Анну искренне жаль. Ей кажется, что будущего нет. Впереди только одино­чество. Страшно всё это представить!

Дни и месяцы неведения мучительны. И вдруг она узнаёт, что случилась беда: Олег с Ирой попа­ли в автомобильную катастрофу. Сын не получил ни царапинки, а невестка стала инвалидом.

В. Токарева специально создаёт такую ситу­ацию, чтобы ещё раз проверить, на что способен каждый из героев, каково истинное лицо каждого. Вот тут-то Олег и вспомнил про мать: ей сорок семь, она поможет, на тридцать лет её ещё хватит. А ког­да-то эти сорок семь лет не позволили впустить мать в «свой» мир. Думал: не поймёт, помешает. Откуда такая уверенность, что сейчас она поймёт, простит и поможет? Он всё рассчитал: «Мать лю­бит его, а я — Ирочку, значит, полюбит и ту, ко- торую люблю я». И действительно, когда Анна увидела то, что некогда было живым, подвижным существом, всё её внутреннее напряжение и рев­ность вмиг куда-то исчезли, а материнское сердце заполнило простое человеческое чувство — состра­дание. Эта женщина вдруг поняла, что она теперь не просто нужна, а необходима. И надо взять за­боту о той, которая совсем недавно причинила так много душевной боли.

И потянулись дни ... Час за часом ... «Капля за каплей»...

Раньше Анна не думала, чем жила. Всю пу­стоту занимала забота о сыне. Состояние Ирочки перевернуло всю её жизнь, как будто она «переме­стилась на другую сторону планеты». Ей вдруг ста­ло страшно: что будет с Ирочкой, если она умрёт? Ведь девочка совсем беззащитна. Значит, надо жить. И даже стоит жить! Только теперь героиня «поняла: вот её семья. И больше у неё нет никого и ничего». Они нужны друг другу. «Невозможно ведь быть никому не нужной » .

Тяжела участь матери! Горька её судьба! Но оби­да не взяла верх над чувствами. Забота о сыне, чудом оставшимся в живых, теперь «перетекла» в Ирочку, которой в данный момент нужны были не руки врача, а доброе и терпеливое сердце, на­полненное прекрасным и светлым чувством любви, не требующим никогда и ни за что никакой платы.

В. Токарева поведала нам самую обыкновен­ную историю. Но сделала это так профессионально и тактично, не обидев, не оскорбив никого из геро­ев повести, даже не встав ни на чью сторону. Она дала возможность читателям сделать вывод о том, что материнское сердце способно на многое. Оно может преодолеть любые преграды, всё понять и простить, только «никогда не обделяй» его «за­ботами твоей души».

У этой повести могут быть сторонники и про­тивники, но вряд ли есть равнодушные.